Призрак (Аэрис)

«Призрак» — девятая глава истории Аэрис, повествующая о первых днях героини после смерти в её новом, призрачном облике. Аэрис предстаёт полупрозрачной эфирной фигурой сине-белого свечения, парящей над землёй, — тот же тёмно-бирюзовый плащ, что и при жизни, теперь прозрачен и истончается синеватым маревом по краям, а глаза светятся серебристо-голубым светом. Глава открывается тем, как она осваивает правила своего нового существования: проходит сквозь каменную стену таверны, а затем убеждается, что не способна коснуться ни одного предмета в мире живых — её рука проходит сквозь кружку на столе, не сдвинув её с места. Это открытие приносит ей смесь тихого изумления и горькой потери.

Найдя Лиана, молодого Раткина, Аэрис становится свидетельницей его безмолвного горя: он сидит перед нетронутой едой, глядя в пустоту, его лицо отмечено усталостью, идущей не от бессонницы, а от боли, ушедшей вовнутрь. Она пытается заговорить с ним, встав прямо перед ним и повышая голос, но он смотрит сквозь неё, не слыша ни звука. Не в силах достучаться напрямую, Аэрис ищет иные способы дать о себе знать: сосредоточившись, она заставляет мигнуть пламя свечи на столе, а затем, паря у окна снаружи, добивается того, что листья ветки шевелятся без ветра. Лиан на мгновение замирает, поднимает взгляд к окну — в его лице мелькает тень узнавания, — но тут же списывает это на случайность и вновь опускает голову. Аэрис, тянувшаяся к нему рукой, опускает её; в её лице — не отчаяние, а боль вперемешку с упрямой решимостью.

Позже той же ночью, когда Лиан засыпает одетым, с оружием рядом, Аэрис остаётся у его изголовья, глядя на него сверху вниз со смесью нежности, горя и рождающейся решимости. Затем она отходит от спящего, встаёт посреди пустой комнаты спиной к нему, расправив плечи, — этот жест обозначает не уход, а внутренний поворот к цели. В финальной сцене она стоит у открытого окна под звёздным небом и вслух, в пустоту, произносит три свои цели; её призрачная форма при этом начинает светиться чуть ярче. Она одна — но не одинока.

Тема главы, ставшей одной из ключевых подисторий Арки Аэрис, сформулирована как открытие нового вида одиночества — быть невидимой рядом с тем, кого любишь, — и одновременно нового вида мужества, рождающегося из этого одиночества.